Я в вас не стреляю, просто защищаю свое. Так что - добро пожаловать - по-прежнему.
Спасибо девушке М. за меткость и стопроцентное попадание в очередной раз.
Точнее меня и не выразишь.
Спасибо девушке М. за меткость и стопроцентное попадание в очередной раз.
Точнее меня и не выразишь.
- Music:Звери- я с тобой
... когда мы встретимся, он скажет: "ну что так долго?
тебя дожидаться - ни терпенья, ни сил не хватит!"
а я отвечу: "Бог, сделай меня большим бестолковым догом,
несокрушимо сидящим у огромной Её кровати."(с)


Photographer -Dead Rabbit
Make-up - Dead Rabbit
Прическа - Dead Rabbit
весь альбом "Двое:точие" -
http://photofile.ru/users/be_happy_anyw ay/115408661/
тебя дожидаться - ни терпенья, ни сил не хватит!"
а я отвечу: "Бог, сделай меня большим бестолковым догом,
несокрушимо сидящим у огромной Её кровати."(с)


Photographer -Dead Rabbit
Make-up - Dead Rabbit
Прическа - Dead Rabbit
весь альбом "Двое:точие" -
http://photofile.ru/users/be_happy_anyw
Был такой международный художественный проект 'Картины для неба'. Более чем сотне художников из разных стран были разосланы приглашения принять участие в проекте,выбрав для себя одну из предложенных классических форм воздушного змея и оформив ее, как душа пожелает. А потом,летом 88го, все эти картины запустили в небо над Японией.Диковенное было зрелище. Но больше всего меня подкупает сама идея: объявить воздушного змея 'картиной для неба'.И верно: должны же мы хоть чем-то его( небо) радовать..
Хватит коптить небо,пора вступать с ним в диалог.Вместо жалких молитв и скучных просьб,подарите ему развлечение,нарисуйте картинку для неба-оно того заслуживает.
Макс Фрай Змеи небесные
Все,уехала)
Хватит коптить небо,пора вступать с ним в диалог.Вместо жалких молитв и скучных просьб,подарите ему развлечение,нарисуйте картинку для неба-оно того заслуживает.
Макс Фрай Змеи небесные
Все,уехала)
Читаю по-настоящему прекрасную вещь. Книга Этгара Керета 'Когда умерли автобусы'.
Проза еврейской жизни.Перевод с иврита Линор Горалик. Ее перевод все равно что во вкусный суп добавить сногсшибательную приправу. Придает аромат и оттенок.
'Бывают такие вещи,которые никогда не обнаруживаются: ни тебе боли, ни других симптомов- просто скучающие пиявки сосут твой мозг.'
'Знаешь это чувство,когда ты приходишь куда-нибудь,сидишь и спрашиваешь себя,что ты здесь делаешь? Вот и я так- все время смертельно хочу уйти.Где бы я ни был.Уйти куда-нибудь в другое место'
Этгар Керет Когда умерли автобусы
Проза еврейской жизни.Перевод с иврита Линор Горалик. Ее перевод все равно что во вкусный суп добавить сногсшибательную приправу. Придает аромат и оттенок.
'Бывают такие вещи,которые никогда не обнаруживаются: ни тебе боли, ни других симптомов- просто скучающие пиявки сосут твой мозг.'
'Знаешь это чувство,когда ты приходишь куда-нибудь,сидишь и спрашиваешь себя,что ты здесь делаешь? Вот и я так- все время смертельно хочу уйти.Где бы я ни был.Уйти куда-нибудь в другое место'
Этгар Керет Когда умерли автобусы
И нет, чтобы Он не нашел на меня ребра;
но окна открыты, грифель визглив и наточен.
Стоит закрыть глаза: прожигает точкой -
родинка где-то внутри твоего бедра.
Память такая стойкая: монохром.
Ты улыбаешься, вена скользит по горлу -
вдох или выдох. Вот мы идем по городу,
ты держишь шумные волосы надо лбом.
Здесь кислый привкус вина, сладкий шелест платья;
книжку читаем вслух до самого вечера.
Вот еще маленький шрам на твоем предплечье -
кажется, от ожога. Хочется целовать.
Вот пахнет солнцем, хлебом и ленью - сразу,
небо сжимается в спазмах грозы монотонной,
ступни твои растают в моих ладонях,
глаз не могу отвести от твоих коленей.
И глаз - от глаз.
И нет - так не может закончиться этот стаж:
рейсом на альбион, полароидной пленкой,
и моего ребра хватило бы на ребенка,
и твоего. Но мы вместе ему читали, и значит - наш.
(
tuluzza)

но окна открыты, грифель визглив и наточен.
Стоит закрыть глаза: прожигает точкой -
родинка где-то внутри твоего бедра.
Память такая стойкая: монохром.
Ты улыбаешься, вена скользит по горлу -
вдох или выдох. Вот мы идем по городу,
ты держишь шумные волосы надо лбом.
Здесь кислый привкус вина, сладкий шелест платья;
книжку читаем вслух до самого вечера.
Вот еще маленький шрам на твоем предплечье -
кажется, от ожога. Хочется целовать.
Вот пахнет солнцем, хлебом и ленью - сразу,
небо сжимается в спазмах грозы монотонной,
ступни твои растают в моих ладонях,
глаз не могу отвести от твоих коленей.
И глаз - от глаз.
И нет - так не может закончиться этот стаж:
рейсом на альбион, полароидной пленкой,
и моего ребра хватило бы на ребенка,
и твоего. Но мы вместе ему читали, и значит - наш.
(

Мы когда-то умерли, а может,стали невидимы(с)
Ей не страшно к нему: у неё работа, друзья и дом,
она уже и время выкраивает с трудом,
чтобы побродить по развалинам старой жизни.
Надо съездить в книжный, купить пальто,
и сходить туда, и придумать это, и сделать то.
Но она всё откладывает на потом,
и не думает даже, что это - признак.
Он спокоен, улыбчив, гостеприимен, -
очевидно, его настиг
тот же самый покой; можно смело наклеить стик
"мой хороший знакомый", "друг";
рассказать, как легко оказалось его простить,
как ей нравится жить одной, как царевне в башне,
как гуляет сама по себе,
как ей нравится этот стиль.
Но, когда он её обнимет,
её вдруг начнёт трясти
мелкой дрожью - как на морозе в одной рубашке.
Ей-то слышно, как стены падают,
в ворота вламывается орда,
как цунами сметает целые города,
как орут сирены и бабы - "пожар! пожар!", как
в Венеции поднимается к крышам домов вода,
как шуршит рукав у маньяка,
предвкушающего удар, -
а она повторяет отчаянно:
да,
да,
да.
Никого не жалко.(Каитана)
Ей не страшно к нему: у неё работа, друзья и дом,
она уже и время выкраивает с трудом,
чтобы побродить по развалинам старой жизни.
Надо съездить в книжный, купить пальто,
и сходить туда, и придумать это, и сделать то.
Но она всё откладывает на потом,
и не думает даже, что это - признак.
Он спокоен, улыбчив, гостеприимен, -
очевидно, его настиг
тот же самый покой; можно смело наклеить стик
"мой хороший знакомый", "друг";
рассказать, как легко оказалось его простить,
как ей нравится жить одной, как царевне в башне,
как гуляет сама по себе,
как ей нравится этот стиль.
Но, когда он её обнимет,
её вдруг начнёт трясти
мелкой дрожью - как на морозе в одной рубашке.
Ей-то слышно, как стены падают,
в ворота вламывается орда,
как цунами сметает целые города,
как орут сирены и бабы - "пожар! пожар!", как
в Венеции поднимается к крышам домов вода,
как шуршит рукав у маньяка,
предвкушающего удар, -
а она повторяет отчаянно:
да,
да,
да.
Никого не жалко.(Каитана)
липкость пространства летнего затянула. горло ангиной вспорото неспроста. встать под ее сомнения караулом, чьи-то каракули тихо считать с листа
и убедить, утешить и убаюкать, дать потерять уверенность и как тать - в сны ее под легчайшей шелковой юбкой втечь или безмятежностью прорастать?
что же тут сделаешь, если такие ступни, пальцы как куст коралий - длинны, точны. хочешь - люби ее, хочешь - пойди и стукни, и огорошь, и выпусти из страны,
выпусти из горсти как голубку в небо, выстрели как разряженный автомат... воздух разрежен. не дышится. мне бы, мне бы - что? я не знаю уже сама.
что же еще мне делать, мой старый боже, выслушавший и большее за три дня? терпкая нежность. тихий мороз по коже. боже мой, сбереги ее от меня.(Такая Штука)

и убедить, утешить и убаюкать, дать потерять уверенность и как тать - в сны ее под легчайшей шелковой юбкой втечь или безмятежностью прорастать?
что же тут сделаешь, если такие ступни, пальцы как куст коралий - длинны, точны. хочешь - люби ее, хочешь - пойди и стукни, и огорошь, и выпусти из страны,
выпусти из горсти как голубку в небо, выстрели как разряженный автомат... воздух разрежен. не дышится. мне бы, мне бы - что? я не знаю уже сама.
что же еще мне делать, мой старый боже, выслушавший и большее за три дня? терпкая нежность. тихий мороз по коже. боже мой, сбереги ее от меня.(Такая Штука)

Музыка лета в траве салатового цвета и траве
для салатов,
во всех оттенках красного - утром, в четыре,
и вечером - до заката,
во всех дорогах, мостах, побережьях,
траншеях,
в твоих волосах, колющих изнанку шеи,
в небе, в многоэтажках, там тоже: небо,
во всех городах, где мы были, и где мы -
не были,
в сланцах, в прозрачных майках, в игривых шортах,
в греческом зале, в портовых пабах, в холодных
фьордах.
в узких зрачках моей кошки, когда она щурится,
в широких лямках комбинезонов на толстых
пуговицах,
в белых носках, сандалиях, в ветках душного
метро, в разноцветных смешных собачках,
но непослушных,
в том, как одет этот город, точнее: раздет -
есть клавиши, шепоты, шорохи музыки лета -
даже в том, как делятся утки на многие мелкие части...
И только в твоем смехе музыка моего
счастья.
(
tuluzza)

для салатов,
во всех оттенках красного - утром, в четыре,
и вечером - до заката,
во всех дорогах, мостах, побережьях,
траншеях,
в твоих волосах, колющих изнанку шеи,
в небе, в многоэтажках, там тоже: небо,
во всех городах, где мы были, и где мы -
не были,
в сланцах, в прозрачных майках, в игривых шортах,
в греческом зале, в портовых пабах, в холодных
фьордах.
в узких зрачках моей кошки, когда она щурится,
в широких лямках комбинезонов на толстых
пуговицах,
в белых носках, сандалиях, в ветках душного
метро, в разноцветных смешных собачках,
но непослушных,
в том, как одет этот город, точнее: раздет -
есть клавиши, шепоты, шорохи музыки лета -
даже в том, как делятся утки на многие мелкие части...
И только в твоем смехе музыка моего
счастья.
(

Каждому личному местоимению соответствует притяжательное местоимение, выражающее принадлежность и отвечающее на вопрос - чей?
________________________________________ __________________________
чья-то женщина, чья-то девочка, чья-то дочка;
чья-то точка не-отправная – и чья-то точка
невозврата;
чьи-то мурашки по позвоночнику,
чей-то ад.
у меня – ничего, кроме взглядов твоих оленьих,
ни кола, ни двора, ни права касаться твоих коленей;
но
я живу с тобой,
живу с тобой в одно время, –
я богат.
у меня – ничего, кроме слов и крепкого чая;
ты уйдёшь через час, тебя кто-то опять встречает,
твой бумажный кораблик на чьих-то волнах качает –
только я,
только я не чета им, и я ни черта не сдался,
если здесь и бывает шанс – у меня все шансы:
я умею с тобой,
умею с тобой смеяться, –
ты моя.
(Каитана)
________________________________________
чья-то женщина, чья-то девочка, чья-то дочка;
чья-то точка не-отправная – и чья-то точка
невозврата;
чьи-то мурашки по позвоночнику,
чей-то ад.
у меня – ничего, кроме взглядов твоих оленьих,
ни кола, ни двора, ни права касаться твоих коленей;
но
я живу с тобой,
живу с тобой в одно время, –
я богат.
у меня – ничего, кроме слов и крепкого чая;
ты уйдёшь через час, тебя кто-то опять встречает,
твой бумажный кораблик на чьих-то волнах качает –
только я,
только я не чета им, и я ни черта не сдался,
если здесь и бывает шанс – у меня все шансы:
я умею с тобой,
умею с тобой смеяться, –
ты моя.
(Каитана)
- Music:Basshunter - I Miss You
Ты говоришь я мала, потому безответственна,
да и черт бы с ним, у меня ведь все даты по номерам.
Моя голова болит, как большая - трехместная;
я надеюсь на завтра... Но это - уже - вчера.
И то же утро будет шерстить по горячему лбу,
рыдать над зонтами, и небо покажется рамой -
и я ладонью себе разобью губу,
пытаясь поправить улыбку. Уже не с нами
будет смеяться мотор и сгибать в дугу
воздух машинный. И солнце взорвется петардой,
и я непременно совру тебе, что смогу
остаться здесь без тебя, а это - неправда.
Какой в этом смысл?! Бьюсь в онемевший FAQ:
никто не сумеет нас посчитать и взвесить.
И я наточу ножи, и сожмусь в кулак,
и все. И приду обнять тебя перед рейсом.
(
tuluzza)

да и черт бы с ним, у меня ведь все даты по номерам.
Моя голова болит, как большая - трехместная;
я надеюсь на завтра... Но это - уже - вчера.
И то же утро будет шерстить по горячему лбу,
рыдать над зонтами, и небо покажется рамой -
и я ладонью себе разобью губу,
пытаясь поправить улыбку. Уже не с нами
будет смеяться мотор и сгибать в дугу
воздух машинный. И солнце взорвется петардой,
и я непременно совру тебе, что смогу
остаться здесь без тебя, а это - неправда.
Какой в этом смысл?! Бьюсь в онемевший FAQ:
никто не сумеет нас посчитать и взвесить.
И я наточу ножи, и сожмусь в кулак,
и все. И приду обнять тебя перед рейсом.
(

Снова, слышишь, ливень - такой вот дурацкий май.
Если нет зонта - провожу тебя на трамвай.
Я схожу за чаем? Только не проливай -
мне ещё тут спать.
А с некоторой высоты
видно - люди редко носят с собой зонты.
Что ты говоришь?
Что такое «люблю-а-ты»?!
Эта реплика не твоя. Чья угодно, но
не твоя.
Сильный ветер, - может, закрыть окно?
Ты искала себе удовольствие?
Вот оно.
Моё дело простое - знай тебе потакай.
Ни разборок, видишь, ни сцен, - только чистый кайф.
Не привыкла?
Ну, привыкай тогда, привыкай.
Да, таких, как ты, нужно крепко держать в узде,
пряник в кармане, плёточка на гвозде, -
а иначе ведь съешь за завтраком прямо здесь.
Пусть другие в рот тебе смотрят, - фигня война.
Интересно, ты всех их помнишь по именам?
У тебя их много, а ты у меня одна.
Не любил бы - не открывал бы тебе дверей.
Ну не плачь, не плачь. И чай смотри не пролей.
Я сейчас вернусь -
укрывайся пока теплей.(Каитана)

Если нет зонта - провожу тебя на трамвай.
Я схожу за чаем? Только не проливай -
мне ещё тут спать.
А с некоторой высоты
видно - люди редко носят с собой зонты.
Что ты говоришь?
Что такое «люблю-а-ты»?!
Эта реплика не твоя. Чья угодно, но
не твоя.
Сильный ветер, - может, закрыть окно?
Ты искала себе удовольствие?
Вот оно.
Моё дело простое - знай тебе потакай.
Ни разборок, видишь, ни сцен, - только чистый кайф.
Не привыкла?
Ну, привыкай тогда, привыкай.
Да, таких, как ты, нужно крепко держать в узде,
пряник в кармане, плёточка на гвозде, -
а иначе ведь съешь за завтраком прямо здесь.
Пусть другие в рот тебе смотрят, - фигня война.
Интересно, ты всех их помнишь по именам?
У тебя их много, а ты у меня одна.
Не любил бы - не открывал бы тебе дверей.
Ну не плачь, не плачь. И чай смотри не пролей.
Я сейчас вернусь -
укрывайся пока теплей.(Каитана)

Обратите внимание на красивый голос журналистки. Обладательница этого голоса сегодня утром сочинила про меня скандинавскую сказку.
Я всегда знала, что она может все. Я верю в Нее.
А голос послушайте....))
http://www.cosmo.ru/in_focus/cosmos tars/680259/
Я всегда знала, что она может все. Я верю в Нее.
А голос послушайте....))
http://www.cosmo.ru/in_focus/cosmos
Есть люди, которые для меня вне критики, конкуренции и сравнений.
"Я тебя люблю, я без тебя жить не могу, не исчезай, пожалуйста",- говорю я себе в самые черные дни. Пока мы все еще вместе."(с) Макс Фрай.

Спасибо всем, кто готовил этот Фрам-Фест. За кофейно- подушечно-оконное. За возможность с легкостью перенестись в другую реальность.
В Лотерее мне досталась фраза - ""Теперь у Сони вместо входа - лестница куда-то наверх".
Точнее и не скажешь.
Фото с вечера:
http://photofile.ru/users/be_happy_anyw ay/115376054/
"Я тебя люблю, я без тебя жить не могу, не исчезай, пожалуйста",- говорю я себе в самые черные дни. Пока мы все еще вместе."(с) Макс Фрай.

Спасибо всем, кто готовил этот Фрам-Фест. За кофейно- подушечно-оконное. За возможность с легкостью перенестись в другую реальность.
В Лотерее мне досталась фраза - ""Теперь у Сони вместо входа - лестница куда-то наверх".
Точнее и не скажешь.
Фото с вечера:
http://photofile.ru/users/be_happy_anyw
Девушка в джинсах и майке шагает по рельсам,
А я сижу дома - читаю рассказ Воннегута(с)
________________________________________ _________________
Весна нынче ядерна и дерзновенна. С гороскопами, сердцебиением, вновь круглосуточной аськой, шишками на Финском, вишневым табаком (теперь с ромом),чужими фотографиями, новой музыкой, которая по венам гонит такую сладкую смуту, что в себя не прийти.
И сильнейший наркотик, от которого я смеюсь в людных местах, по 15 минут не могу перейти дорогу и между туфлями и асфальтом см как минимум))
Мне нравится мое состояние. Хочется кэнонизировать каждую секунду.

А я сижу дома - читаю рассказ Воннегута(с)
________________________________________
Весна нынче ядерна и дерзновенна. С гороскопами, сердцебиением, вновь круглосуточной аськой, шишками на Финском, вишневым табаком (теперь с ромом),чужими фотографиями, новой музыкой, которая по венам гонит такую сладкую смуту, что в себя не прийти.
И сильнейший наркотик, от которого я смеюсь в людных местах, по 15 минут не могу перейти дорогу и между туфлями и асфальтом см как минимум))
Мне нравится мое состояние. Хочется кэнонизировать каждую секунду.



Photographer -Dead Rabbit
Make-up - Dead Rabbit
а также задумка и все-все-все)
Весь альбом здесь:
http://photofile.ru/users/be_happy_anyw
мне надо вобщем совсем немного: твоих прижатых к моим коленей, упрямых взглядов в полоборота, упрямых губ, и гонять по вене адреналин как наркотик чистый. когда ты смотришь вот так бесстыдно, когда оказываешься так близко, что враз с губами дыханье стынет... мне надо вобщем совсем случайных твоих сближений с моим рассудком, вот так пугаться твоих внезапных мне не_ответов, вторые сутки так наркоманить на телефоне, стирать и снова писать - привет, а... стоять в футболочке на балконе, курить бессчетную сигарету и ухмыляться твоим молчаньям, твоим садистским ко мне придиркам, твоим приездам_как_наказанью, твоим отъездам - как под копирку. мне надо вобщем совсем немного:
твой кофе утром - и соль, и горько, и сигарету губами трогать, на желтом блюдце лимона долька... ты мой наркотик, мой анестетик, мой чертов пан_и_пропал_на_веки. а я - сенсорик и кинестетик - ищу лекарств от любви в аптеке:
чуть чуть того, и чуть чуть другого, но просветление невозможно пока ты мне не подаришь снова
тебя - внутривенно,
тебя - подкожно.
еще - тебя....(Такая Штука)
твой кофе утром - и соль, и горько, и сигарету губами трогать, на желтом блюдце лимона долька... ты мой наркотик, мой анестетик, мой чертов пан_и_пропал_на_веки. а я - сенсорик и кинестетик - ищу лекарств от любви в аптеке:
чуть чуть того, и чуть чуть другого, но просветление невозможно пока ты мне не подаришь снова
тебя - внутривенно,
тебя - подкожно.
еще - тебя....(Такая Штука)







